Эта история произошла поздней осенью 1973 года. Плавбаза Западно-Сибирского речного пароходства полным ходом двигалась вверх по Оби. Ходу до Новосибирска оставалось более трех суток.

Это был последний рейс, конец навигации. В рулевой рубке утром, как обычно, собирался весь коллектив. Мужики курят, обсуждают семейные дела, ждут не дождутся прихода домой, к семьям, часы считают… Только капитан теплохода, уткнувшись в карту-лоцию, явно опять что-то затевал. По натуре это был мужик хитрый, хваткий и чрезмерно жадный — нигде не упустит своей выгоды. «А не пристать ли нам на два-три часа в Пырино? — неожиданно предложил он. — Там живут два брата-охотника. Со старшим, Генкой, мы дружили, когда учились в речном».

Никто кэпу не возразил, все понимали: как сам решит, так и будет. Часа через два плавбаза стояла у болотистого берега. Вдалеке виднелись жилой дом и пристройки. Вскорости на судне появился невысокий кряжистый лет 35 мужичонка. Это и был Генка-охотник. Они обнялись с кэпом, а потом сели выпивать. Поначалу Генка все молчал, но после нескольких стаканов «Столичной» стал жаловаться капитану: «Беда у меня, Петро, приключилась. И рассказать о ней некому. Словом, ухожу я на охоту, а жена дома остается с детьми и брательником Иваном. Что там меж ними происходит, одному Богу ведомо. Только смотрю на младшую дочку, на лицо — вся в Ивана. Не раз хотел женить брата, да только в нашу глухомань никто не едет. И Иван, прирожденный охотник, не хочет отсюда уезжать. Что делать, не знаю, и жену, и брата люблю одинаково, поэтому молчу, терплю».

У Петра Егоровича при этих словах мысли забегали: выгода сама шла ему в руки. Помочь Генке — проще простого. Продавщиц-разведенок в магазинах на теплоходе хватает. Вот только кто из них осмелится остаться в местах, где зимой на сотни километров вокруг ни дорог, ни людей… Может Ольга Зуева? Она вполне даже подойдет. От мужа ушла, потому что он пил и бил ее нещадно. Потом еще ее напарница из промтоварного магазина ловко хапнула из кассы восемь тысяч рублей. А платить пришлось обеим — пополам. С огромным трудом родители Ольги собрали нужную сумму, отец от расстройства слег в больницу. А дочери сказал: «Домой не приходи, живи, где хочешь».

Генке кэп пообещал твердо: «Помогу твоей беде. Есть у нас девка — кровь с молоком. За нее и засватаем твоего брата». Спустя час охотник привел высокого, красивого, лет тридцати, парня. Только уж очень он был застенчив. После пары стаканов спиртного приступили к сватовству. «Невесту» к тому времени принарядили, объяснили «ситуацию». Опуская детали, скажу, что молодые друг другу понравились.

Свадьбу гуляли двое суток. Капитан настаивал на продолжении «банкета», но команда заупрямилась. На радостях охотник Генка ничего не жалел. И Ольгу одарил мехами, и капитану немало перепало рыбы, икры, меховых шкурок. Ивана постоянно поили, так что он «не просыхал».

На третьи сутки плавбаза, дав прощальный гудок, отошла от пустынного, запорошенного снегом берега. Ольга, счастливо улыбаясь, стояла рядом с мужем и махала рукой.

Встретиться с ней команде довелось через год, когда плавбаза стояла в Колпашево. Молодую женщину было не узнать: жизнерадостная, хорошо одетая, пополневшая — ждала ребенка. Своим подружкам она похвалилась, что живет хорошо, муж ее любит. О себе она ему всю правду рассказала.

Вот так благодаря жадности капитана Ольга нашла свое счастье и дом на далеком Севере. Сейчас у них с Иваном, наверное, уже и внуки есть. Так что не зря говорится: «Не было бы счастья, да несчастье помогло».